Доклад дивизионного комиссара К. Абрамова о боевых действиях 24 А

Текст доклада сверен с копиями опубликованных на сайте  primirenie-sml.ru документов ЦАМО РФ. Ф. 378. Оп. 11015. Д. 1. Л. 1-15.

Доклад о боевых действиях 24-й армии в Ельнинской операции. Окружение под Вязьмой и боевые действия 24 Армии в этот период
Начато 26.09.1941
Окончено 14.10. 1941
на 15 листах

№647
10.03.1942
генерал-майору тов. Шевченко

По окончании Ельнинской операции из 24 А ушли на переформирование, ставшие гвардейскими 100 сд (1 гвардейская), 107 сд (5 гвардейская), 120 сд (6-я гвардейская), 127 сд (2 гвардейская), а также 102 тд, 303 сд, два артполка РГКА и дивизион P.C.
Состав армии остался: 6 сд и 9 сд (дивизии московского ополчения, пополненные по штатам дивизий военного времени, не бывшие в боях), 19 сд, 309 сд, 103 мд (двух-полкового состава), 106 МД (двух-полкового состава), старые дивизии, участвовавшие в боях за Ельню.
Нужно отметить, что указанные четыре дивизии имели значительные потери в предыдущих боях за Ельню и к описываемому времени не успели еще пополниться, в силу чего количество активных штыков в полках не превышало 200-400.
24 А имела собранного отечественного оружия 24.000 винтовок, была подана заявка во фронт на пополнение, которое ожидалось в ближайшие дни.
Части армии, выйдя за Ельню занимали рубеж по р. Устром-Н.Тишево-Леоново, в следующем порядке справа: 309 сд, 103 мд, 19 сд, 9 сд. 6 сд находилась во втором эшелоне, занимая район обороны: Ушаково-Ельня-Б.Липня-Клематина.
106 МД стояла в резерве – д. Рябинки.
Штаб армии – д. Мархоткино.
Запасный КП и второй эшелон штаарма – д. Волочек. Станция снабжения и тыловые базы, а также запасный полк – ст. Спасск-Деминск.
Справа 24 А обороняла рубеж 20 А, слева – 43 А, между 43 А и 24 А существовал локтевой и огневой разрыв 8-10 клм, прикрытый саперным батальоном 303 СД, впоследствии одним батальоном 9 сд. Противник имел против этого разрыва до полка пехоты, однако себя ничем не проявлял, занимая оборону.
В двадцатых числах сентября части армии продолжали вести небольшие наступательные бои, а в конце сентября перешли к обороне. После Ельненской операции противник на фронте 24 А активности не проявлял, отвел основную массу войск на фронт 43 А и в свой тыл, оставив против 24 А, по данным разведки, четыре стрелковых дивизии, которые вели оборонительные бои и строили оборонительные сооружения.
Из данных авиаразведки, нам еще 27-28.09. стало известно о том, что немцы перебросили танки (до 300 штук) с фронта 24 А на Починок и далее на Рославльское направление. Одновременно стало известно о подходе со стороны Смоленска значительного количества мотопехоты, танков и артиллерии.
С 26-27.9. стал сильно чувствоваться все увеличивающийся нажим противника на правый фланг 43 А.
29-30.09. противник подвез свою артиллерию на передний край обороны и 1.10. в 6 ч. 30 м. начал внезапную ожесточенную артподготовку по всему фронту 24 А, продолжавшуюся целые сутки с небольшими перерывами и захватившую тактическую глубину в 4-5 км. При этом артиллерия противника была подтянута к переднему краю на столько близко, что даже днем с нашей стороны были ясно видны вспышки от выстрелов орудий. Наша артиллерия отвечала на огонь противника не в должной мере, так как не было снарядов. Например, 103 ГАП РГКА майора АСАТУРОВА, приданный 19 СД, имел суточную норму 80 снарядов.
Генерал-майор РАКУТИН, беспокоясь за свой левый фланг, вывел первый МП, 106 мд с АП 106 мд (командир майор БАШИЛКИН, сейчас командир 306 АП) для прикрытия левого фланга армии в район Передельники-Шатьково с задачей обороны этого района.
2.10. в 10.00 противник бомбил шестью самолетами штаб 24 А; потери 15 раненых. Штаб остался на месте. В это-же время на фронте 24 А на ряде участков, особенно на участке 19 СД, немцы перешли в наступление.
2.10. заканчивалась смена частей 303 сд (уходившей в другую армию) 9 СД; последняя почувствовала сразу очень большой нажим немцев на свой левый фланг.
В этот же день, т. е. 2.10., противник прорвал правофланговую 222 СД 43 А и начал выходить на левый фланг 24 А. Один батальон 9 СД, 1 МП с АП 106 мд в районе Холм-Шатьково приняли ожесточенный упорный бой.
3.10. нажим пехоты противника с танками усилился в полосе 19 сд, угрожая прорывом. Немцы вели наступление большими массами, двигаясь густыми строями. Наши войска оборонялись очень упорно; имея малочисленный состав, ведя кровопролитные бои, продолжали удерживать рубеж.
Решением ВС 24 А, чтобы предупредить прорыв фронта, в ночь на 4.10. на помощь 19 сд был введен из резерва второй полк 106 мд, под командованием майора АПАНАСЕНКО. Ночью же полк перешел в контрнаступление и вместе с частями 19 сд удерживал позиции, переходя в неоднократные контратаки, до вечера 5.10.
Бои двух дней (4 и 5.10) были исключительно тяжелые и кровопролитные. Полки отстаивали каждую пядь рубежа. На фронте 19 сд создался типичный многослойный пирог, когда обе стороны, отрезав друг друга от основных сил, вели переходящие бои столь большой маневренности, что неожиданно появлялись у штабов, в тылу, с флангов.
315 СП капитана Лузина несколько раз полностью терял связь с батальонами и снова ее восстанавливал. Взвод охраны штаба этого полка принял бой с ротой немцев, непосредственно на КП и всю ее истребил. Комиссар полка старший политрук ХАЛТАЕВ был убит в бою. В этом же бою погиб начальник штаба 19 сд полковник БОГУСЛАВСКИЙ.
Потери с обеих сторон были очень большие. К вечеру 4.10. перестал существовать 32 СП 19 сд майора ШИТОВА. От полка остались несколько человек, которые примкнули к своему левому соседу 315 СП. Майор ШИТОВ и комиссар ГОЛЬЧИНСКИЙ погибли в бою. Во второй половине дня 5.10. истек кровью 103 СП майора ПЯРИ; командир полка и комиссар полка старший политрук ИВАНЕЕВ были убиты в бою.
Однако фронт армии продолжал держаться.
Стойкость бойцов и командиров, о чем я говорю без всякой опасности преувеличения, была настолько высока, что 282 СП майора МАКОГОНОВА, приняв на себя удар танков и пехоты противника, в несколько раз превосходившего численно, 5.10. опрокинул немцев, истребив их почти полностью. Полк захватил почти 50 человек пленных, станковые пулеметы и другие трофеи и одним батальоном форсировал р. Стряну, на противоположном берегу которой были возведены значительные вражеские укрепления. 4.10., в третий раз, части 9 СД взяли Леоново и закрепились в нем, продержались до вечера 5.10. и только в ночь на 6.10. начали отход на новый рубеж, согласно приказа.
Эти бои правдиво описаны военным корреспондентом – политруком В. ВЕЛИЧКО в «Правде» за 20.10.
В то время как войска армии удерживали рубеж, противник, наступая с района 43 А во фланг и тыл дивизиям 24 А, дерущимся за Ельней, занял Б. Липня, д. Рябинки, Клемятино, ст. Коробец. 9 СД оказалась в мешке, имея только один узкий выход на Ельню вдоль фронта.
5.10. 8 сд (бывш. дивизия московского ополчения) 32 А сходу на марше была подчинена ВС 24 А, который решил прикрыть ею левый фланг армии за линией железной дороги Ельня-Спасс-Деминск. Одновременно на левый фланг был брошен армейский саперный батальон, а Резервному фронту послан запрос о разрешении использовать 303 сд, двигаюшуюся на марше в Спасск-Деминск для погрузки в эшелоны. Разрешение не было получено, и 303 сд продолжала свое движение. 5.10. сильно потрепанная 9 сд, выйдя из мешка, заняла фронт линии обороны г. Ельни по линии Леонидово; 1 МП 106 мд с АП занял оборону юго-восточнее 2 клм. Ельни; 19 сд продолжала удерживать рубеж 2-3 км западнее Ельни.
103 мд и 309 сд продолжали занимать прежние рубежи, не отходя ни на шаг.
Во второй половине 5.10. 309 сд вынуждена была сменить КП, оттянуть артиллерию к железной дороге. Расположившись в совхозе «Отрадное» организовал огневой артналет на противника и за огневым валом контратаковал и отбросил немцев на исходный рубеж.
Войска продолжали упорно обороняться, создавая полукольцо обороны на левом фланге вокруг г. Ельни, с центром на юго-запад. Штабы 106 мд, 19 сд и 9 сд сосредоточились в г. Ельне – район кирпичного завода. Вторые эшелоны и тылы дивизий в значительной мере были отрезаны противником от войск и штабов дивизий. Дорога Ельня-Мархоткино через Ярославец была занята противником. Группы немецких танков прорвались через боевые порядки нашей пехоты и подходили к самому противотанковому рву, что на Западной окраине Ельни, но встреченные артиллерийским огнем, возвращались обратно.
Тылы 9 сд, 19 сд начали отход на д. Волочек проселочными дорогами, восточнее основного большака Ельня-Волочек-Семлево.
В тот же день, 5.10, противник вышел в районы Пожегино-Б.Прихабы-Метяжково-Заборье. Мархоткино оказалось под непосредственным ударом немецких войск и было им сожжено.
Штаб 24 А вынужден был перейти на запасный КП – д. Волочек. Связь в это время с дивизиями, за исключением 8 сд и 6 сд, осуществлялась только по радио.
8 сд, направленная для прикрытия левого фланга 24 А, не смогла удержать противника на ширине фронта в 20 клм. Ельня-Коробец, последним была растрепана и немцы, продолжая атаки, двигались в тыл войскам, дерущимся за Ельню.
Генерал-майор Ракутин 5.10. принял решение усилить прикрытие левого фланга армии и приказал 6 сд, 103 мд, 309 сд держать фронт армии, заняв дополнительно участки 19 сд и 9 сд.
106 мд, 19 сд, 9 сд было приказано произвести перегруппировку и занять рубежи, выбив противника из населенных пунктов: 9 сд – Леонове-Б.Липня-Мутище, 106 мд и 8 сд – Мутище-Теренино, 19 сд прикрыть штаарм Б.Холм-Подмошье.
К этому времени начался стихийный отход обозов 6 сд, 8 сд и 9 сд, заполнивших дорогу Ельня-Подмошье. Приказа, куда отводить обозы, не было, и они тянулись по собственному усмотрению на Семлево.
Отдавая боевой приказ, генерал-майор РАКУТИН предупредил командиров дивизий о том, что приказа на отход армии отдано не будет.
В период перегруппировки 9 сд, 106 мд, 19 сд на новое направление, штабы дивизий оказались во время марша отрезанными от своих войск, в силу того, что прибывали на новое направление раньше полков.
6.10. между дивизиями и полками продвинулись немецкие батальоны пехоты с танками. Противник не давал возможности полкам 9 сд, 106 мд и 19 сд оторваться для выполнения новой задачи, и они вынуждены были, отходя согласно приказа, вести ожесточенные бои в кольцевом окружении.
6 сд, занимая ранее созданный район обороны, не могла его удерживать в силу того, что все оборонительные рубежи были построены фронтально, не имели отсеченных позиций и в силу того, что противник на эти рубежи наступал с тыла.
К вечеру 6.10. 24 А, истекая кровью, ведя жестокие бои, уже потеряла большинство своего состава полков, которые полегли на обороняемых рубежах за Ельней. Продолжали оставаться лишь не большие группы остатки полков, объединявшиеся вокруг штабов дивизий. Тем не менее 103 мд и 309 сд все еще продолжали стоять на своих рубежах, отбиваясь от окружавшего их противника. Штаб 106 мд с АП принял бой под д. Ушаково и вел его в течение суток. Так же вели бои штаб 9 сд – в районе Пожогино, штаб 19 сд – в районе Барсуки.
В итоге этого дня – 6.10. противник вышел по направлению на Дорогобуж – через Барсуки, Ушаково, Б. Холм, Подмошье, Афонино, Рослово, Спасск-Деминск, Б. Каменка-Грядки, Путьково-Б.Староселье, Акулово-Преображенское, Волоста-Пятница-Лосьмино. Штаб 24 А оказался отрезанным от частей и от Семлева, имея за спиной р. Осьму с топкой поймой, вынужден был с остатками 9 сд, 8 сд, 6 сд, армейскими частями, танковой группой, большим количеством тяжелой артиллерии и тылов отходить с боями на Семлево по дороге Волочек-Семлево.
Описать отход штаарма и его дальнейшее движение я затрудняюсь, так как в то время был в бою под Ушаковым со штабом 106 мд.
Утром 7.10. штаб 106 мд, получив приказ отходить на Семлево, вместе с АП и частью одного из стрелковых полков, начал движение по направлению Дорогобуж. Такой же отход начали штабы 19 сд с одним СП и 103 сд. Дорогобуж к тому времени был уже частично занят немцами с восточной окраины, а другая его часть обстреливалась из минометов и группами автоматчиков.
По той же дороге – Дорогобуж-Семлево-Вязьма – отходили все части 20 А и часть войск 19 А. Таким образом, части 24 А начали отход по 2-м дорогам штабы 103 мд, 106 мд, 303 сд, 19 сд по дороге через Дорогобуж на Семлево. Штабы 6 сд, 8 сд, 9 сд, армейские части, тылы дивизий – по дороге Волочек-Семлево.
При переправе у Дорогобужа через р. Осьму скопилось колоссальное количество артиллерии, обозов, автомашин, повозок. Несмотря на воздействие противника с воздуха, войска все-таки довольно организованно переправились, взяв направление по дороге на Семлево. В лесах после переправы они привели себя в порядок. Паники в этот момент в войсках не наблюдалось. Однако произошло совершенно ненормальное явление – в голове движения оказались автомашины, обозы, артиллерия.
Весь этот поток двигался через Семлево на Вязьму, сзади двигалась пехота.
Когда я говорю о стрелковых полках и дивизиях того времени, то вновь подчеркиваю, что в результате беспрерывных боев пехоты осталось очень мало. В большинстве полков насчитывалось 50-100 активных штыков, если не считать 2-3 полнокровных дивизий 20 А, которые шли в порядке.
Большинство двигавшейся артиллерии было без снарядов, а тракторы оставались без горючего (без солярки).
7.10. противник окончательно занял Дорогобуж и Волочек, к вечеру повел наступление на Семлево с юга, выходя на большак Семлево-Вязьма. В это время 309 сд только еще начала отход в направлении Дорогобужа. Она пыталась штурмом прорваться через этот город и произвела несколько атак. Основная масса людей 309 сд полегла на окраинах Дорогобужа, в том числе командование дивизией и командование полков. Прорвались ночью только около 180 человек.
В 16.00 7.10. генерал-майором КОТЕЛЬНИКОВЫМ, мною и полковником УТВЕНКО, командиром 19 сд, была организована оборона Семлево для того, чтобы пропустить войска и артиллерию, двигавшиеся из Дорогобужа и Подмошья через Семлево вперед для прорыва окружения, в сторону Вязьмы.
Майор АСАТУРОВ – командир 103 ГАП, майор БАШИЛКИН – командир АП 106 мд прикрывали отход войск артиллерийским огнем. Остатки 19 сд, армейский саперный батальон и другие группы армейских войск заняли оборону Семлево и продержались до 24 часов 8.10.
Наряду с подлинным героизмом и полнейшим хладнокровием таких командиров, как АСАТУРОВ, БАШИЛКИН, – должен отметить исключительную недисциплинированность другой части командиров. Например, – у Семлево шесть артполков самовольно снялись и ушли в самую критическую минуту, оставив пехоту без артиллерийской поддержки. Также самовольно снялись и ушли отдельные батальоны и за Семлево дрались фактически одни части 19 сд и орудийные расчеты БАШИЛКИНА и АСАТУРОВА.
В ночь с 7 на 8.10 в Семлево прибыл ВС и штаб 32 А с батальоном охраны, двигавшийся на Мало-Ярославец для получения новой задачи. Мною и генерал-майором КОТЕЛЬНИКОВЫМ было предложено ВС 32 А организовать совместно прорыв войск в направлении Вязьмы. Однако ВС 32 А было принято решение выполнять ранее имеющуюся задачу и попытаться проскочить самостоятельно севернее Вязьмы, куда они и отправились.
В 16.00 8.10. в Семлево прибыл начальник штаба 24 А генерал-майор КОНДРАТЬЕВ с частью штаба и двумя десятками автомашин. Генерал-майор КОНДРАТЬЕВ взял на себя командование обороной Семлево, имея телефонную связь с генерал-майором РАКУТИНЫМ, двигавшимся со штабом армии и частью войск на Семлево.
В 17-19 час. 8.10. штабом 24 А был получен приказ командующего 20 А, которым указывалось, что 24 А подчиняется ВС 20 А, который организует выход войск из окружения.
Командующий 20 А генерал-лейтенант ЕРШАКОВ приказал организовать прорыв, имея круговую оборону такого порядка: 20 А прорывает на фронте Вязьма – Волостапятница, 24 А – на фронте Волостапятница – ст. Угра.
Хочу отметить, что идея организации прорыва на очень широком фронте не могла иметь успеха. Это решение принималось без учета реальных войск, в расчете на якобы полнокровные цельные дивизии, и не учитывалось, что дивизий фактически не было, а были штабы, имеющие отдельные, очень малочисленные полки.
Вторая ошибка генерал-лейтенанта ЕРШАКОВА заключалась в том, что он, пренебрегая разведкой, не приведя войска в порядок, решил осуществить прорыв сходу. Войска, так или иначе вырывавшиеся из окружения, не выполняли приказов, не расширяли и не закрепляли прорыва, а стремились во что бы то нистало скорее уйти. В силу этого бросали артиллерию и обозы, а последние боясь отстать, устремлялись вперед пехоты, загромождали дороги и вязли в болотах.
Вместо организованного удара на прорыв, в полном беспорядке, южнее Вязьмы в районе Селиваново-Панфилово, Молошино, ст. Стогово, Подрезово, Гредякино в одну кучу скатились и перемешались остатки войск трех армий: 19 А, 20 А, 24 А. Преимущественно артиллерия, обозы и спец. части.
Генерал-майор РАКУТИН и его часть штаба, тем временем, продолжали прорываться в Семлево. Генерал-майор КОНДРАТЬЕВ с другой частью штаба, находящихся в Семлево, имел связь только со штабом 106 мд и со штабом 19 сд. Таким образом, 24 А не могла занять направлений, указанных в приказе генерал-лейтенанта ЕРШАКОВА.
Вечером 8.10 была получена радиограмма генерала армии ЖУКОВА, приказывавшего держаться компактнее и прорываться через Вязьму на Гжатск. Больше никаких телеграмм и других указаний, а также и грузов штаармам 24 и войсками получено не было.
Вечером с 22-23 час. 8.10. немцы, прорвав оборону с севера через ст. Семлево, вышли на северную окраину поселка Семлево. Генерал-майор КОНДРАТЬЕВ с частью штаба 24 А вынужден был под давлением противника перейти на новый КП в район д. Молошино.
Утром 9.10., следуя за 139 сд 24 А и ввязавшись в бой с противником, часть штаба, возглавляемая генерал-майором КОНДРАТЬЕВЫМ, оказалась в кольце немцев в районе Панфилово. Дальнейшая судьба этой группы штаарма и судьба штаба армии, шедшего с генерал-майором РАКУТИНЫМ, мне неизвестна, так как в это время я находился в бою вместе с полковником УТВЕНКО, командиром 19 сд, организуя прорыв войск в направлении Селиваново. Начальник штаба генерал-майор КОНДРАТЬЕВ с работниками штаба оставались позади нас и как они действовали я не знаю.
В районе Панфилово прорыв войск, состоящих главным образом из артиллерии и обозов, организовывал генерал-майор КОТЕЛЬНИКОВ. Его целью было – вывести артиллерию, которой здесь скопилось огромное количество. Было предпринято семь атак, часть артиллерии и пехоты прорвалась и ушла из окружения, но большая часть осталась, в силу недисциплинированности многих командиров, стремившихся прорваться самостоятельно, а также еще и потому, что отсутствовали снаряды и горючее для тракторов.
В последней атаке 14.10. генерал-майор КОТЕЛЬНИКОВ был убит. В лесу остались небольшие группы войск и отдельные люди, организующиеся для выхода мелкими группами. По сообщению комиссара штаба 9 сд старшего политрука НЕХАЕВА в этом районе также погибли командир 9 сд, генерал-майор БОГДАНОВ, и комиссар 9 сд бригадный комиссар ПРОХОРОВ.
ВС 20 А организовал прорыв в направлении Борзя-Алексеевское. Сам ВС находился северо-восточнее 10 клм. Стогово. 14.10. я пытался разыскать его. Прибыв на место его стоянки, я получил сведения, что ВС 20 А вместе со штабом ушел на Запад, в направлении Подрезово-Молошино. Куда он девался в последствии – мне не известно.
В лесу, восточнее Гредякино, мною были встречены раненые член Военного Совета 24 А дивизионный комиссар т. ИВАНОВ и зам. комвойск по тылу 24 А генерал-майор ЦИРКОВИЧ. Они могут подробно изложить действия штаба 24 А и 20 А, так как до района Семлево следовали со штабом 24 А, а с района Семлево со штабом 20 А, где и были ранены (дивизионный комиссар ИВАНОВ сейчас находится в Новосибирске, адрес: Красный проспект, 37).
Где находится генерал-майор РАКУТИН.
Из сообщений бойцов и командиров 20 А, которых я встречал, выясняется, что последний раз его видели в 6 клм. восточнее Семлево. С ним следовали майор САХНО, начальник особого отдела бригадный комиссар МОЖИН и ряд других работников штаба. Куда они девались впоследствии – сказать не могу.
Бригадный комиссар БЕРЕЗКИН – комиссар штаба 24 А был тяжело ранен по дороге Волочек-Семлево. По рассказам очевидцев, генерал-майор артиллерии МАШЕНИН, не доходя Семлева, был ранен в обе ноги и застрелился.
Дивизионный комиссар КНЯЗЕВ – комиссар тыла 24 А генерал-майор СИВАЕВ — начальник ВОСО 24 А двигались в ВС 20 А.
О генерал-лейтенанте ЛУКИНЕ ни от кого и ничего не слышал ни в период боев, ни в период выхода из окружения.
Вышли из окружения ряд работников штаба 24 А, в частности начальник штаба генерал-майор КОНДРАТЬЕВ, который сейчас работает начальником штаба 33 А.
Из войск вышли из окружения остатки 19 сд, 106 мд, 9 сд, выведен полностью артполк РГКА 24 А, значительная часть тылов армии и станция снабжения.
Мне осталось сделать лишь сделать несколько выводов, чтобы закончить освещение затронутого Вами вопроса из действий 24 А после Ельнинской операции до нового формирования:
Первое: 24 армия полегла, обороняя свой рубеж; второе:
Второе: Остатки частей армии, начиная с 7.10. отходили согласно приказа, с непрерывными боями.
Член Военного совета 24-й армии
Дивизионный комиссар
(К. Абрамов)
9.03.42 г.
г. Тула.

П.С. / Описываемый период я работал Начальником Политотдела 24 А. Освещение событий, указанных в этой записке, сделано мною по памяти. Оно не может быть полным, так как я брал лишь те события и районы действий, в которых был и участвовал лично.
Со 2-5.10. я находился в боях за Ельней, с 5 на 6.10. – в штаарме д. Волочек, 6.10 – в бою под Ушаково, 7.10. с утра – на переправе Дорогобуж. 7-8.10. – на обороне Семлево, 9-14.10. – в боях под Селиваново. Документы штаарма 24 этого периода находились в группе войск, которая шла с генерал-майором РАКУТИНЫМ.

No responses yet

Leave a Reply